«Кто на что учился, Леночка»
- 29.01.2026, 9:30
Белорусы рассказали о своих работах, зарплатах и условиях труда.
В Беларуси за 2025 год стало меньше свободных вакансий, но выросло число соискателей. При этом официальная статистика сообщает о едва ли не рекордно низком уровне безработицы в нашей стране — всего 2,5% от общей численности рабочей силы. Но объясняется это вовсе не победой белорусских властей над «тунеядцами», а целым рядом негативных факторов. А дефицит кадров бьет по качеству товаров и услуг, пишет «Салідарнасць».
Эксперты рынка труда отмечают, что во многих сферах растет конкуренция за рабочие места, но при этом беларусы все чаще сталкиваются с выгоранием из-за несправедливой, как считают работники, оценки труда, несоответствии зарплаты ожиданиям, высокой нагрузки.
Аналитики rabota.by прогнозируют: в 2026-м останется высоким спрос на профессии массового найма (разнорабочий, курьер, водитель, продавец, администратор, комплектовщик заказов), а бизнес вместо поиска новых людей сконцентрируется на удержании и обучении сотрудников.
А что в госорганизациях? Яркий пример — РНПЦ «Кардиология», где уже три года не могут найти санитарок и медсестер на незавидные зарплаты в 1000-1400 белорусских рублей.
«Салідарнасць» поговорила с белорусами внутри страны об условиях их работы, росте зарплат, отношении работодателей. И в какую сторону это все меняется.
«Тут сдают квартиры, а там получают зарплаты»
— За последние три года у меня на работе ничего существенно не изменилось, — говорит житель райцентра Сергей. — Коллектив почти тот же, начальство тоже. В этом году зарплаты бюджетникам вот подняли на 10% — но у меня раньше был налоговый вычет по жилью, а теперь нет, так что тоже почти то на то выходит. А предыдущие повышения почти не заметил за ростом цен.
Из забавного: назначили нам одно время «сверху» зама по кадрам и идеологической работе, какой-то неместный лощеный дядечка по линии БРСМа. Но он слишком рьяно взялся за дело, не только проводил «политинформацию» про экстремизм и как в стране родной жить хорошо, а за границей не надо, но и стал цепляться к сотрудникам, причем не только к рядовым. «Почему это вы на пять минут раньше ушли? — А почему вы не посмотрели по камерам, что я на полчаса раньше пришел на работу?».
В общем, он всех довел, и его ушли — специфика небольшого города, наше начальство всех в исполкоме знает и убедило идеолога, что чем с таким замом, лучше без него. Нового почти год ищут — не идут на наши зарплаты.
В поликлинику тоже не идут, то и дело вижу на дверях у них объявления. Пункт выдачи Ozon человека на 1000 рублей ищет — никто не торопится. Подсобных рабочих, продавцов, санитаров, машинистов то и дело приглашают через объявления в районке — вообще не смешно, какие деньги обещают.
На районку, добавляет Сергей, его на работе заставили подписаться под угрозой лишения годовой премии. Он выписал — на три месяца, «читали всей семьей, как анекдот, но продолжать кормить пропаганду не планируем».
— Учительница младшей дочери поделилась, что собирается довести наших до конца младшей школы и уйти — зарплата у нее около 2000, но, говорит, столько бумажек и обязанностей, которые не относятся к учебе, что своя здоровая психика дороже.
О некоторых своих знакомых знаю, что уехали на работу в Минск. Тут сдают квартиры, а там получают зарплаты, которой хватает, даже с учетом аренды жилья, на жизнь себе и детям.
Кому в плане зарплат хорошо, это МЧСовцам нашим. Спасателей в городе, может, четыре человека, остальные инспекторы и контролеры: все время ездят, проверяют извещатели у бабушек, какие-то профилактические мероприятия проводят. И как ни посмотрю, то у них концерт, то экскурсия в Минск, то награждение.
«Все переделать, отчитаться»
— В сфере торговли, где я работаю — страшная текучка, — говорит минчанка Катерина. — Продавцы, грузчики, подсобники, складские работники требуются постоянно. И понятно, почему — зарплаты не то, чтобы выросли.
У меня как не выходило 2000 рублей «чистыми», так и не выходит. Девочки-мерчендайзеры до 1,5-1,8 тысяч получают, больше физически не могут, не успевают за сутки столько магазинов объехать.
Активизировались какие-то мутные рекрутеры, которые зовут людей из провинции на «вахту» в Минск — обещают нереальные зарплаты, указывают, конечно, суммы до вычета налогов, возможно, еще где-то хитрят. Потому что с кем из работников или знакомых продавцов я ни говорила, никто таких денег и в глаза не видел.
При этом работать обычному продавцу стало не то, чтобы сложнее — скажем так, больше тупого контроля. Приходят какие-нибудь проверяющие, то ли из исполкома, то ли из министерства, то ли профсоюзники на общественных началах.
А нам потом рассказывают, что там-то ценники висели криво и не соответствовали товарам (а людей на зале не хватает всегда), там-то белорусские товары (какой ужас!) были на невыгодных местах или на нижних полках, тут-то ассортимент, скажем, детского питания недостаточный (можно подумать, я лично это все заказываю). Все переделать, отчитаться.
Обучение, повышение квалификации? Нет, не слышали. В лучшем случае у нас упирают на «дружный коллектив» (я здесь, пожалуй, промолчу) и «полный соцпакет». Имеется в виду отпуск, больничные и гипотетическая возможность попасть от профсоюза работников торговли на какие-то организованные развлечения.
Хотя на это, если честно, ни сил, ни желания.
Я не строю иллюзий: если бы не муж — он строитель, отделочник, — моей зарплаты не хватало бы. А так я понимаю, что у меня есть в хорошем смысле тыл, нарабатываю себе необходимый стаж и не беру до головы все придирки руководства, не нервничаю насчет работы.
Потому что место с похожими условиями и деньгами я точно найду, а найдут ли они другого неконфликтного, квалифицированного и опытного работника, которого не надо учить с нуля — еще вопрос.
«Муж ехидно приговаривает: кто на что учился»
Муж Елены много лет работал водителем городского транспорта. Потом, как говорит женщина, «психанул и собрался работать дальнобойщиком».
— А потом порасспрашивал коллег в этой сфере, и ему рассказали, что перевозки очень сильно просели после начала войны, но особенно — в прошлом году, когда началась свистопляска с границами Беларуси и европейских стран.
Водителей предпенсионного возраста многих «попросили», молодежь берут на совсем другие деньги и условия, и если раньше нужно было по рекомендациям и связям устраиваться в солидные компании, то теперь уже через ТікТок кое-где зазывают.
В общем, он в итоге остался на своей работе. Там все-таки зарплата стабильная и доплата за стаж, какой-никакой ведомственный санаторий, медобслуживание неплохое можно оформить.
Хотя условия тоже не сахар: он рассказывает, что если раньше на работу брали, чтобы с головой человек был, ответственный и не закладывал за воротник, то теперь — чтобы хорошая характеристика с прежних мест работы и отсутствие судимости «по политике». А в итоге дисциплина хромает, много кто работает спустя рукава, дисциплина так себе.
Хотя зарабатывает муж, кстати, со средним специальным образованием больше, чем я с высшим. Еще ехидно приговаривает: «кто на что учился, Леночка».
Сама белоруска по первому образованию, юридическому, проработала совсем недолго. Считает, может оно и к лучшему: «Иначе с моим характером после 2020-го я бы точно оказалась за решеткой, где-то рядом с людьми, которым не смогла помочь».
Уйдя из госструктуры, Елена переучилась на дизайнера, а недавно устроилась на мебельное производство.
— Пока мне сложно судить об условиях. Хотя со старта подход начальства не порадовал: нам бы помоложе, да специалиста с опытом, да вдруг вы еще в декрет пойдете. Помните, ходила шутка на тему «ищем бухгалтера не старше 25 лет с опытом работы не меньше 10 лет»? Вот что-то из этой оперы.
Потом долго мурыжили с тестовыми заданиями, с испытательным сроком, но в итоге вроде все устаканилось. Посмотрим, как пойдет.
Знаю, что в сфере дизайна, как и в маркетинге, в рекламе сейчас избыток специалистов, вот наниматели и перебирают. А зарплата пока скромная, ниже средней по стране. В итоге мы с воронами за еду, конечно, не деремся, даже «лакшернуть» раз в месяц после получки можем. Но отпуск где-нибудь в Турции или Эмиратах вряд ли себе позволим.