«Десять дней ходила по Минску, ища дочь»
- 15.01.2026, 15:45
Мигрантку из Гвинеи депортировали из Беларуси, а ее дочь забрали в детский дом.
Прошло девять месяцев с тех пор, как 23‑летняя гвинейская женщина Марьям Сума в последний раз видела свою девочку Сабину. Мать в Гвинее, а дочь — в детском доме в Беларуси, сообщает «Радыё Свабода».
Несколько месяцев назад власти Беларуси депортировали молодую мать-мигрантку на ее родину в Западной Африке без ребенка, со слов самой Марьям и правозащитных групп, занявшихся ее делом.
После этих сообщений ситуацию осудили эксперты ООН, правозащитные группы и гвинейские дипломаты.
«Я просила их не делать этого», — сказала Сума в интервью AFP в трущобах столицы Гвинеи Конакри, просматривая в своем телефоне недавние фотографии Сабины, которой в ноябре исполнился один год.
В попытке убежать от нищеты Сума проехала через Африку, чтобы добраться до Беларуси, надеясь оттуда попасть в ЕС. Этот миграционный маршрут стал популярным в последние годы, ЕС обвиняет режим Александра Лукашенко в поощрении мигрантов пытаться попасть в ЕС через Беларусь.
Как и многие другие, Сума попала в авторитарную Беларусь по студенческой визе, полученной через интернет.
«Я не хотела ехать (в Европу) морем. Я посмотрела на карту и увидела, что Беларусь окружена странами Шенгенской зоны».
Дочь при рождении имела 600 граммов веса
Испытания Марьям начались в Беларуси, когда она пыталась продлить визу. Забеременев от гвинейца, который уехал, чтобы попытаться попасть в ЕС, Сума родила более чем на два месяца раньше предполагаемой даты родов.
Когда Сабина родилась в ноябре 2024 года, она весила всего 600 граммов.
Ее срочно доставили в реанимацию, где белорусским врачам удалось ее спасти. Но вскоре после этого, со слов Сума, ей запретили видеться с ребенком, пока она не оплатит большие медицинские счета.
Позже ее посадили в тюрьму за нарушение миграционных правил и заставили сесть в самолет без дочери.
«Я сказала, что вернусь только со своим ребенком. Я просила их: пожалуйста, просто дайте моему ребенку окрепнуть, и я поеду с ним домой», — сказала Сума агентству AFP.
После депортации в августе, со слов Сума, ей разрешили два коротких видеозвонка, чтобы увидеться с Сабиной, находящейся в минском детском доме.
Что говорят дипломаты и правозащитники
Эксперты ООН назвали сообщения о принудительном разлучении «чрезвычайно тревожными». Посольство Гвинеи в Москве, которое отвечает и за контакты с Беларусью, сообщило AFP, что следит за этим делом с «большой гуманитарной обеспокоенностью» и требует «объяснений».
Посольство заявила, что Детский фонд ООН (UNICEF) в Беларуси, который сообщил агентству AFP, что не может комментировать отдельные случаи, знает о ситуации и может помочь организовать «гуманитарную поддержку» для ребенка.
Власти Беларуси не ответили на запрос AFP о комментарии.
10 дней ходила по Минску, ища дочь
Попытки ограничить доступ Марьям к Сабине начались, когда она восстанавливалась после срочного кесарева сечения.
«Уже в больнице я спросила: «Как мой ребенок?», и мне сказали, что он болен и устал», — вспоминает Сума.
Она знала только, что Сабину перевели в другую больницу. Десять дней она ходила по Минску, «ища с утра до вечера», прежде чем нашла больницу, в которой лежала ее дочь, и стала ежедневно навещать ее.
Когда Сабину выписали из реанимации и перевели в другую больницу, Сума выставили счет за лечение на сумму около 33 000 долларов.
Увидев счет, «я подняла руки», — сказала она. Потом ей запретили встречаться с Сабиной, пока она не заплатит.
По словам Сума, прошлым летом женщина в больнице сообщила ей, что Сабину отправляют в детский дом. Одновременно усиливали давление иммиграционные службы. В июле ее посадили в тюрьму за нарушение иммиграционных правил.
Группа защиты прав изгнанников Human Constanta, которая следит за правами мигрантов в Беларуси, раскритиковала жесткую реакцию властей, назвав правонарушение административным, а не уголовным.
«Им просто было все равно, и они разлучили мать и ребенка», — сказала Энира Броницкая из Human Constanta, назвав этот процесс «манипуляционным».
«Угрожать матери тем, что ей не отдадут ребенка, конечно, незаконно», — сказала Броницкая, так как официального решения о лишении Марьям родительских прав не было.
В тюрьме, со слов Сума, сотрудники иммиграционных служб пытались найти ее родственника, который мог бы оплатить ей билет домой.
Никто не мог, и «в каждом случае я бы не поехала без своего ребенка», — сказала Марьям.
В конце концов однажды, с ее слов, на нее надели наручники, отвезли в аэропорт, посадили на рейс в Стамбул и сказали не возвращаться.